Главная Контакты

Новости
из типографии

Новости

25.06.2017
Вышла новая книжка!
"Я ИДУ ПО ГОРЯЩЕЙ ЗЕМЛЕ... " Сборник стихотворений о Донбассе
25.06.2017
Песню, написанную Аль Капоне в тюрьме продадут на аукционе
В США на аукционе RR Auction в Массачусетсе выставлена песня,
22.06.2017
Президент Киргизии выпустил альбом песен
Среди записанных песен как уже полюбившиеся «хиты» "Я не могу
21.06.2017
Создатели решили убить Джека Воробья из знаменитого фильма
Миллионы поклонников Джонни Деппа, сыгравшего данного персонажа, раскупали билеты на
21.06.2017
Актриса театра Хабима разделась догола несмотря на запрет
Министр культуры Регев и руководство Хабима отрицают, что цензура была
Все культурные новости
 

Замкнутое пространство, Алексей Смирнов

Книги >  Серия «СК»

ISBN 9984-9872-2-1
368 страниц
130х200 мм
Твёрдый переплёт

Творчество Алексея Смирнова выделяется нестандартными поворотами казалось бы обычных событий; о чём бы он ни писал, можете быть уверены — финал вы не угадаете, да и герои окажутся вовсе не такими, как вы о них думали. Всё — обман, игра, но игра настолько увлекательная и выведенная с такой виртуозностью, что аж дух захватывает.
В этой трилогии собраны произведения, не связанные меж собой, на первый взгляд, но и это — часть игры, правила которой не принять невозможно.
В книгу вошли произведения «Сибирский послушник», «Лето никогда», Пограничная крепость", ранее издававшиеся, но под одной обложкой — никогда.

Странная трилогия

Алексей Смирнов — человек, творчеством которого восхищаются многие современные литераторы и публицисты. В частности о нем лестно отзывались блестящий поэт и писатель Дмитрий Быков и талантливый критик Василий Владимирский.
В новую книгу «Замкнутое пространство», вышедшую в рижском издательстве «Снежный ком», вошло три романа — «Сибирский послушник», «Лето никогда» и «Пограничная крепость». По замыслу автора, вместе они образуют своеобразную трилогию, затрагивающую разные аспекты жизни общества.
В «Сибирском послушнике» повествуется о гомункулусах, отдающих органы богачам. Эта история до безобразия напоминает «Не отпускай меня» Кадзуо Исигуро. Но к чести нашего соотечественника необходимо отметить, что он завершил свой труд в 2001 году, а Исигуро — в 2005.
Действие второго романа — «Лето никогда» — происходит в лагере скаутов. Дети с нетерпением ждут Родительского дня. Ведь именно тогда им предстоит пройти обряд инициации — им в головы будут вставлены цифровые диски, на которых записана память их отцов — страхи, комплексы и опыт...
Завершает том «Пограничная крепость». Сначала она кажется тривиальным детективом, но постепенно перерастает в постмодернистское полотно. А виной всему загадочный человек, способный видеть, действительно, Необычный Сон.
Алексей Смирнов, мастерски используя богатый русский язык, создает уникальные образы. Его произведения — смешение всех жанров: мистики, антиутопии, гротеска, постапокалиптики...
Подводя итог, следует сказать, что «Замкнутое пространство» не оставит равнодушными поклонников качественной неформатной фантастической прозы.
Сергей Неграш

Листок был самый обычный, наспех вырванный
из тетрадки в клеточку. На нем было написано
крупными печатными буквами: «Господа, вас обманывают.
Все вранье. Никакого врага нет. Они вас...»


Алексей Смирнов наверняка обладает большим чувством юмора. Герои его книги «Замкнутое пространство» промывают мозги другим героям, а сама книга занимается тем же самым в отношении читателя. И чем дальше читатель погружается в произведения, тем сильнее это заметно.

В «замкнутом пространстве» (используя это выражение как в прямом смысле, так и в отношении книги) нет места жалости. Герои книги — злые и добрые, усталые и печальные, глупые и обычные. Совсем как люди. Только вот к человеческому в них не успеваешь привыкать — автор вовремя совершает сюжетный поворот, и нашему вниманию предстаёт новая картина происходящего. С новыми же оценками окружающей действительности. С неожиданными, зачастую шокирующими оценками, исполненными в очень хорошем литературном и весьма жизненном стиле. Тут нельзя не отметить — пишет А. Смирнов замечательно. И тем более сильным оказывается воздействие его слов — слишком втягиваешься в авторскую игру, слишком веришь происходящему, и тем более эффектным становится очередной холодный душ, вылитый на голову увлёкшегося читателя. Я, например, в ближайшее время совершенно точно не смогу перечитать вторую повесть трилогии «Замкнутого пространства». Я не уверен, что всё понял в этой части, не уверен, что достаточно внимательно следил за развитием сюжета, но развязка настолько сильно врезалась в память, что даже спустя практически месяц одна только мысль о повторном переживании всего там происходящего вызывает весьма сильную тревогу.

О чём в книге речь? Да всё о том же. О власти религии и окружения, о борьбе, о вере. Об отцах и детях. О том, насколько наше окружение врезается в нас, да так, что не вытравить даже оказавшись лицом к лицу с необходимостью. О том, насколько реальны мечты и зыбка и непрочна реальность. О том, что только шаг отделяет этот мир от падения в бездну фантасмагории. Ведь именно фантасмагорией в конечном итоге оказываются произведения и герои. Шаг за шагом, с первой страницы и до финальных слов раскручивается пружина повествования, сквозь события и повороты, казалось бы, таких несхожих сюжетов. Ведь как всё просто начинается, а! Вот тебе, уважаемый читатель, сибирский послушник, называющий друзей не иначе как на «вы» и подозревающий, что в окружающем его тесном мирке лицея и религии что-то не так. А вот самый вроде бы обычный детский лагерь, и неотвратимый Родительский День, с приближением которого открывается истинное положение вещей, да такое, что и читать не очень, и отложить никак не выходит. А вот, словно обухом по голове, замешанные на мистике приключения Избранного и таинственные заговоры органов власти... Всё быстрее и быстрее развиваются события, и если в самом начале голову дурят исключительно лицеисту Швейцеру по прозвищу Куколка, то в середине Алексей Смирнов уже полностью переключается на читателя, шокирует его, сбивает с толку, устраивает своеобразные состязания — угадает кто-нибудь, чем всё закончится, или, дойдя до заветных строк, только и сможет, что хлопнуть себя ладонью по лбу и обругать за собственную недогадливость. Чувство юмора, да...

Не обошлось, как мне кажется, и без недостатков — временами затянутым кажется текст, временами слишком резок переход от обычного повествования к научным и философским выкладкам, и тяжеловато воспринимается очередной поворот сюжета. Но к этому постепенно привыкаешь, потому что «Замкнутое пространство» зовёт дальше и, как написано в книге...

...Если ты знаешь, если ты знаешь,
Что ты за птица,
Это тебе, это тебе
Всегда пригодится.
А почему — а потому:
Это понятно, это понятно
Тебе самому, тебе самому,
Тебе самому.

Детская песенка


Вадим Микелевич

....................

«Прозу Алексея Смирнова интересно читать, и это главное ее достоинство. Она ненатужливо остроумна и полна самоиронии, что тоже редкость. А еще Смирнов знает жизнь и у меет отличать главное от второстепенного…»

Дмитрий Быков

....................

«Алексей Смирнов — один из лучших прозаиков нашего времени. Почти не существующий в России жанр хоррора под его пером превращается в блестящий русский психологический роман. Его стилистика безупречна. Его сюжеты ошеломительны. Полагаю, Россия будет читать Смирнова — страшась и восхищаясь.»

Олег Постнов

....................

Тысячный тираж книги петербургского прозаика Алексея Смирнова «Лето никогда» можно объяснить лишь недоразумением или же болезненной осторожностью издателей. И дело здесь не только в том, что оба романа, включенные в сборник, написаны красивым и чрезвычайно внятным языком (для современной русской литературы это уже редкость!). У прозы Смирнова есть несомненный коммерческий потенциал, и грамотный пиар-агент без труда раскрутил бы нового Пелевина-Сорокина. Я понимаю, что эти слова звучат подозрительно. Ведь за прошедшие два года популярность и продаваемость этих двоих так и не пошла на убыль. Кто-то пророчил громкий успех «[голово]ломке» Гарроса — Евдокимова, но обилие бранной лексики и агрессивный пафос «всех перестрелять! » помешали роману завоевать симпатию многочисленной аудитории. «Орфография», блестящий филологический опус Дмитрия Быкова — самое впечатляющее литературное событие прошлого года, — в коммерческом смысле тоже остался невостребованным. Да и чего вы, собственно, хотели от толстенного талмуда, оформленного под орфографический словарь?
Подобно Пелевину, Алексей Смирнов стоит на развилке фантастики, беллетристики и серьезной литературы. На этом, впрочем, сходство и заканчивается. Потому что жанр, которым он прикрывается, для русской литературы совершенно необычен. Попросту говоря, такого жанра у нас еще не было. Жанр этот — хоррор!
Первый роман сборника, «Сибирский послушник», начинается с остроумнейшей кальки небезызвестного михалковского шедевра. Господа юнкера драят пол, дерутся на дуэлях. Все тихо и мирно. Но не успевает обескураженный читатель осознать, зачем писателю понадобилась вся эта галиматья, как сюжет начинает истерически биться в конвульсиях: юнкера оказываются взрощенными в пробирках гомункулусами, которых добрые дяденьки-ученые кромсают на части, пакуют и транспортируют в лечебницы для власть имущих. Из аристократов-недорослей получаются доброкачественные органы. Дальше веселее и веселее... Вконец оторопевшему читателю остается только присвистывать и удивляться: с какой-то прямо-таки дьявольской расчетливостью Смирнов препарирует бульварный сюжет, превращая его то в трагедию, то в утопию, то в самое что ни на есть классическое психологическое повествование. И вот что удивительно — не прибегая к расхожим ярлыкам современной словесности, Смирнов совершенно адекватно передает нынешнюю реальность. Без пелевинского популизма, без мертвенности сорокинских конструкций. Яркие образы, парадоксальная мысль и богатый язык с запрятанными повсюду метками-подсказками — где-то спрятался Набоков, а где-то Раймон Кено! — выдают настоящего писателя и, не в последнюю очередь, умного и ироничного человека.
Все это о первом романе. Со вторым все выглядит еще загадочней. Представьте себе текст, где главных героев зовут Большой и Малый Букер. Я лично такого себе не представлял, и когда увидел — первым желанием было плюнуть и к книге больше не прикасаться. Экаяпретенциозная, дешевая постмодернистская пакость. Не тут то было. И Смирнов еще раз доказал, нет, не то, что он способен сделать из дерьма конфету (это уже продемонстрировал нам Владимир Сорокин) — автор показал, что может пользоваться любым материалом всвоих целях, и все будет выглядеть у него уместным и органичным.
Действие «Лета никогда» происходит в лагере скаутов. Скауты ждут Родительского дня. В этот день должно произойти величайшее в их жизни событие. В лагерь приедут суровые отцы и привезут с собой таинственные цифровые диски. Вставив проводочки в головы своих отпрысков, отцы передадут им свою память — все страхи и комплексы, весь опыт. Что станет потом с отцами? Что станет с детьми?.. Вот именно. Только вместо моррисоновского «The End» звучит «Прощание славянки»...
Такова история снаружи. Что внутри? Вселенская антиутопия, бешеный драйв, нагнетание ужаса, психоделическое распадение на первоэлементы, дикий абсурд творящегося в мире, взросление, вечное недовзросление, порабощенность социумом, обреченность, надежда, спокойствие, предопределенность опять и опять, печальный юмор, вампиры и вурдалаки уже не нужны — нам весело и так!
Таковы особенности русского национального хоррора. Таков ответ русского писателя — им мог бы быть воскресший Чехов, Булгаков или Набоков — Стивену Кингу! Я очень надеюсь, что проза Алексея Смирнова найдет своего читателя. И еще я уверен, что если книга Алексея Смирнова ограничится тысячным тиражом, мы понесем большую потерю. Разбрасываться такими текстами — нелепо!

Владимир Иткин

....................

Другие книги серии «»

В стране грез  /  Амалтея, Парк миров